В начале девятого века существовало два вида монашеского местообитания на Афоне: каливы и кельи. Калива представляла собой скромное жилище для одного аскета. Считалось, что они должны быть построены в пустынных, труднодоступных и неплодородных местах. Некоторые комплексы калив со временем преобразовывались в Лавры, как, например, в случае Климента, Зигоса и Кареи. Определенные кельи, в свою очередь, могли объединяться и преобразовываться в небольшие монастыри с пятью, десятью или большим количеством монахов, живущих в братстве согласно киновиальному уставу, а иногда и в крупные значимые обители. 

Факт, что сигиллий 883 года говорит о монахах как о жителях «бедных засыпушек», абсолютно не означает, что все постройки того времени были незначительными и временными. Упускается такой интересный аспект, как упоминание в ту же эпоху некой каменной постройки, каменного «хлева», очевидно, для Божьих агнцев монастыря Колова («λιθομάνδρι»), ведь каменных келий не должно было бы существовать, так как пришлось бы пристраивать и каменные наиски. Действительно, Афониты осуждали впоследствии Афанасия, среди прочего, за то, что он возводил каменные постройки, но осуждения эти распространялись не сколько на материал, из которого они сооружались, сколько на излишнее удобство.

Обители Святого Афона изначально обладали своего рода централизованной организацией, которая со временем могла становиться менее выраженной или ставилась под сомнение вследствие внешних факторов влияния, но присутствовала всегда. Монахи, как послушники единой Церкви обязаны принимать участие в общей литургии раз в неделю, также как это делали аскеты древнего Скита, и помогать в организации великих празднований. Эта необходимость порождает условия, ведущие к централизованной организации. Безусловно, встречаются упоминания о пустынниках, проживавших уединенно на протяжении долгого периода времени, чтобы в одиночестве сражаться с соблазнами по примеру Антония Великого. Эти монахи жили независимо от системы управления, но такие случаи встречаются довольно редко. Их святость и чрезмерный аскетизм считались достойной заменой их участия в литургиях и отправлению таинств. Тем не менее, стоит отметить, что ни одно монашеское поселение не было лишено организации.

Организация присутствовала и на самой ранней стадии монашества в эпоху Кафедры Старцев. Подобная организация считается продолжением предыдущей и в последующей фазе возрождения монашества. Представители Афона на Синоде 843 года должны были быть выбраны какой-либо властью, которая в свою очередь представлялась так называемым «Протом». Это свойство организации Афона можно наблюдать повсеместно в период с 9 по 16 век.

 

Во времена византийской империи

 

Священный собор или кинот

Организация, названная в типиконе Цимисхия кинотом, заседает в Карьесе. В этом месте изначально образовалась лавра, отвечавшая за управление всем Афоном, но позднее, с появлением других органов управления, ограничившаяся местным значением. Эта лавра получила название Лавра Карьеса, Скит Карьеса, Протат или Середина, так как располагалась в «середине» полуострова.

Изначально вся территория полуострова Афон считалась общей. Афанасий Афонский был первым, кто поднял вопрос о разделении земель и заручился специальной грамотой императора, дающей ему право на владение определенных участков. Позднее его примеру последовали и другие. Таким образом, процесс передачи территорий совершался либо путем выкупа у Прота, либо у предыдущего владельца, или же через освоение новых земель с разрешения Прота. Кинот Святой Горы, как правило, не препятствовал передаче участков, так как был заинтересован в увеличении числа монахов.

Кинот Афона не проявлял особого интереса в расширении территорий за пределами полуострова, но время от времени присоединял к владениям Святой Горы и другие земли. Первым таким примером стала Кафедра Старцев. Этот участок на протяжении многих веков использовался в основном для рыболовства, развитого в этой области. Однако часть этого участка перешла в собственность монастыря Иверон, получившего ее в обмен на участок вблизи Иериссоса, где возделывались виноградники, и была гостиница для монахов.

В скором времени появились четкие различия во владениях кинота и монастырей Афона. С увеличением числа обителей общая площадь земель кинота значительно снизилась, но, тем не менее, все неосвоенные, а также оставленные территории по-прежнему принадлежали священному собору. По прошествии лет весь полуостров был поделен между двадцатью монастырями.

Существовало три основных органа управления священного собора: Прот, парламент (синаксис, собрание) и совет старейшин (герусия).

Прот

Должность Прота присутствовала на Афоне уже в IX веке, однако термит «прот» известен еще с VI века, когда игумен монастыря Феодосия Софроний был назван «протом пустыни». До тех пор пока Афон представлял собой одну единую Лавру, то есть общность, во главе его стоял правитель, заседавший в Карьесе и имеющий статус игумена. Со становлением других лавр и монастырей Лавра Карьеса была переименована в Среднюю Лавру, а ее игумен в Прота или первого игумена.

Согласно как первому, так и второму уставу Святой Горы выбор прота следовало производить в соответствии со «старыми традициями», в чем они заключались, однако, не уточняется. В сигиллии Патриарха Антония говорится, что «выбор совершается иеромонахами и монахами Святой Горы». Избранный местным собранием, Прот отправлялся в Константинополь для того чтобы принять рукоположение от самого императора, что по сути своей было лишь обязательной формальностью. Типикон Константина Мономаха, ставший вторым уставом Святой Горы, также постановляет придерживаться старых традиций в выборе кандидатуры на эту ответственную должность. Император вручал избраннику (пастуший) посох и сопроводительную грамоту – золотую буллу, закрепляющую за ним право на управление всеми монастырями.

Прот происходил из числа монахов Святой Горы в независимости от принадлежности к какой-либо конкретной обители. Исследователям Афона удалось собрать информацию о 150 Протах за всю историю существования этого чина. Без сомнения, при наличии достоверных источников, список мог бы быть значительно длиннее. Установить с большой точностью происхождение каждого не представляется возможным, но многие из них были монахами в маленьких и незначительных монастырях. Вероятно, именно вследствие своей маленькой значимости, зачастую, эти обители и вовсе не упоминаются. Тот факт, что Проты происходили из таких небольших монастырей, говорит о том, что большие монастыри не могли оказывать давление на процесс избрания.

Как правило, Протом становился особо отличившийся игумен какого-либо монастыря. В типиконе Цимисхия третьим подписывается «Христодулос игумен Прота», что может означать, что этот человек был назначен исполнять обязанности игумена в монастыре, из которого был призван на службу Прота предыдущий игумен, до тех пор, пока не истечет срок службы на этом почетном посту. Этот интересный феномен продлился недолго, так как было решено выбирать Прота и среди простых монахов, которых легко заменить в повседневной жизни любой обители.

Пример самой длительной службы в этой должности – Прот Исаак, который на протяжении тридцати лет с 1316 по 1345 гг. управлял Афоном. В редких случаях срок правления растягивался на пятнадцатилетие или десятилетие. Ученые соглашаются, что, очевидно, изначально на эту должность избирались пожизненно. Должность эконома Протата предполагала службу сроком на один год. Он находился в подчинении у синаксиса, который мог или продлить этот срок или прервать его. Должность Прота также зависела от синаксиса, именно поэтому так редко встречаются продолжительные сроки правления, так как Прот отчитывался непосредственно перед парламентом Святой Горы. Зачастую Проты сами просили прервать их службу вследствие высокой ответственности и сложности ее исполнения.

Статус Прота предполагал особые и очень важные обязанности: представлять Святую Гору во всех органах власти, особенно перед императором, патриархом, судьей и митрополитом Салоник. Возглавлять собрания и совет старейшин, отвечать за содержание монастырей, распределять спонсорскую помощь и служить органом правосудия вместе со старцами, а также назначать игумена, если монастырь сам не в состоянии осуществить этот выбор. Прот рукополагал игуменов всех монастырей и вручал им посох, за исключением Великой Лавры, а также отвечал за моральный облик всех монахов и давал разрешение игуменам на выезд с территории Афона.

Синаксис

Изначально термин «синаксис» означал общее собрание монахов для проведения литургии во время великих праздников. В Карьесе вплоть до 972 года совершались три синаксиса в год на Рождество, Пасху и Успение Богородицы, в остальное время монахи жили уединенно. Как правило, на таких собраниях присутствовали также монахи аскеты. Прот Афона в ответ на просьбу Льва Фоки раскрыть личность Афанасия Афонского заметил, что сделать это будет удобнее всего во время первого синаксиса на Рождество, так как он, в любом случа, должен был там присутствовать.

Типикон Цимисхия уменьшил количество таких собраний с трех до одного, приходящегося на Успение Богородицы. Предпочтение именно этой даты (15 августа) объясняется благоприятными погодными условиями, способствовавшими передвижениям монахов внутри полуострова в летний период. Кроме того, главный храм Карьеса был посвящен Успению. В этот день между игуменами монастырей распределялась финансовая помощь от императора, так называемая «рога», в которую включались средства, сэкономленные от упразднения двух других собраний. Возможно в этом и кроется причина отмены остальных всеобщих собраний, сопряженных также с определенными тратами на их проведение, так как численность монахов Афона на тот момент уже превысила тысячу человек. Другие причины, конечно, были связаны с трудностью передвижения в дождливые и зимние месяцы.

Типикон не исключает проведения внеурочных собраний при необходимости и общем согласии. Действительно, начиная с XI века, снова появляются упоминания о синаксисах на Рождество и Пасху, а позднее – и на другие праздники, как, например, день Святого Дмитрия Солунского. Тем не менее, наибольшее количество монахов присутствовало на проведении основного собрания в день Успения Богородицы.

Изначально на общем собрании присутствовали все монахи из обителей Святой Горы, но впоследствии были введены некие ограничения, так как храм просто не мог вместить такое количество людей. Храм, предназначенный для проведения заседания парламента Афона и сосредотачивавший вокруг себя всю жизнь Лавры Карьеса, был посвящен Успению Богородицы и, в первые годы своего существования, не отличался внушительными размерами. Без сомнения, это вызывало расстройство со стороны монахов, но благодаря щедрому пожертвованию Льва Фоки, оказавшегося на Афоне в поисках Афанасия Афонского, в 964 году приобрел свой сегодняшний облик. В конечном счете, он был назван «Протат», так как считался духовным центром Прота.

В храме отправлялись литургии, а административные вопросы решались в отдельном здании. На заседаниях парламента Афона, не касающихся Богослужения, присутствовало гораздо большее число монахов, зачастую, все обитатели Святой Горы. Это были открытые общественные заседания, на которых могли присутствовать все желающие, как зрители или слушатели. Право принимать участие в вынесении решений предоставлялось игуменам выбранных монастырей.

Сохранился целый ряд указов, изданных Протом после составления типикона Цимисхия, подписанных не всеми участниками заседания парламента, а лишь некоторыми из них. Как правило, это были игумены монастырей, число которых достигало всего десяти – пятнадцати человек. Типикон Мономаха постановляет, что решение вопросов административного характера должно осуществляться особым собранием, состоящим из пятнадцати игуменов (каждый раз разных), под руководством Прота. Этому органу власти не было дано какое-то особое название. Иногда он также называется «синаксис», но это вызывает всеобщую путаницу, так как термин используется для обозначения заседания парламента. Иногда можно встретить название «кафедра» или различные словосочетания, содержащие слово «старцы»: «общее мнение старцев», «решение старцев», «честные старцы». Термин «герусия» или «совет старцев» нечасто встречается в источниках, но исходя из вышеизложенного подошел бы лучше всего.

Должности в парламенте Афона

Первое должностное лицо, которое следует ожидать в сложной иерархии Афона – это секретарь. Во времена Византийской Империи его наличие в Протате остается неясным, тем не менее, секретарь присутствовал в каждом монастыре и обладал особым положением. Типикон Цимисхия был подписан также неким «Николаосом игуменом и каллиграфом». Очевидно, что Николаос служил в монастыре в статусе игумена, раз подписал этот документ, но был также и каллиграфом, и секретарем Протата. В некоторых документах встречается фраза «записано рукой..» монаха. Как правило, наличие этой фразы означает, что писарь был вызван в срочном порядке, так как все документы парламента записывались рукой его официального секретаря, составлялись сразу же после собраний и подписывались всеми присутствующими, имеющими право подписи. Протат отвечал не только за распределение финансовой помощи от императора, но и за содержание самого парламента, средства на которое происходили из пожертвований, монастырских сборов, а также продажи и аренды келий. Такого рода финансовые вопросы были включены в обязанности эконома. Один из таких экономов, монах Лука, также поставил свою подпись в первом уставе Святой Горы – типиконе Цимисхия. Согласно этому уставу в обязанности эконома входило также разрешение мелких разногласий при участии трех-четырех игуменов соседствующих с местом появившейся проблемы монастырей. Главной заботой эконома, тем не менее, являлось содержание Великой Лавры. Срок службы на этой должности составлял один год. На заседании парламента в день Успения Богородицы он давал отчет о проделанной работе, затем принималось решение о продлении этого срока, при желании кандидата, или же избиралось другое лицо.

В парламенте также присутствовала должность надзирателя, как и в монастырях. Впервые эта должность упоминается во множественном числе в типиконе Мономаха. Изначально надзирателей было четверо, затем это число уменьшилось до трех, до двух, и в итоге до одного человека. Надзиратели были ответственны за поддержание порядка и разрешение разногласий, беря на себя часть обязанностей эконома. Эта должность упраздняется в начале XV века и ее обязанности распределяются между другими институтами.

Экклисиарх нес ответственность за поддержание порядка в церкви, но со временем его полномочия возросли настолько, что в XIV веке он ставит свою подпись сразу после Прота, а иногда выступает в роли его заместителя.

В XIV веке появляется также должность судьи, своего рода юридического советника Прота, избираемого, вероятно, им самим.

Устройство жизни на Святой Горе

 «Агрос», что можно перевести на русский, как поле – это участок земли, который может быть куплен, продан или передан во владение. На протяжении длительного периода времени слово «агрос» выступало синонимом слова «монастырь» и официально даже предпочиталось ему, когда нужно было усилить акцент на значительности обители. Безусловно, это слово имело гораздо большую силу, так как «монастырь» мог означать небольшую обитель без участка земли.

Некоторые монастыри, несомненно, обладали большим влиянием и значимостью и характеризовались как «сильнейшие монастыри». Три таких монастыря упоминаются в типиконе Мономаха при перечислении их привилегий и располагаются, как правило, в начале списка: Лавра, Ватопед, Иверон. С возрастанием числа таких монастырей уменьшалась значимость менее крупных обителей. В 1394 году их было 27, а в XVI веке – 20, как и сегодня. Именно эти монастыри поглотили со временем небольшие обители и кельи.

Как упоминается в документе от 1083 года, игумен монастыря избирался согласно монастырским канонам четырьмя способами: действующий игумен по собственному желанию назначает преемника, не учитывая мнение Прота; при отсутствии приемника братство избирало игумена, которого утверждал Прот; если братство не могло избрать достойного, эта обязанность возлагалась на Прота, который искал кандидата на всем полуострове; если и Прот оказывался бессилен, то монахи направляли письмо императору с просьбой о помощи.

Келья не могла обладать своим участком земли и находилась на территории Лавры Карьеса или монастыря. Кельи обычно располагались недалеко от Карьеса или крупных монастырей, возглавляли их старцы, а обитателями были от двух до четырех монахов. Институт келий зачастую приобретал различные формы. Первый устав Афона, среди других, подписывают также пятеро, называющих себя скромно «монахи», но с дополнением своего особого статуса: три из них -пресвитер (старейшина, глава общины), один екклисиарх (ответственный за порядок в церкви) и один эконом. Все они должны были быть старцами келий, относящихся к киноту, но не имеющих прямой зависимости от парламента, за исключением того, что периодически исполняли там свои обязанности. Иверийцы, которым Афанасием были предоставлены кельи на территории Лавры, также не были напрямую от нее зависимы. Пять обитателей кельи самой Лавры имели с ней более тесные связи. Как и сегодня, отличающей особенностью обитателей келий является тот факт, что они не обладают земельными участками. Опустевшие кельи, предоставленные парламентам монастырю или человеку, снова возвращались в собственность парламента. Протат продал последние кельи монастырям в 1661 году монастырям.

Исихасты обосновались на землях Афона, не принадлежащих отдельным лицам или монастырям. Каждый аскет мог свободно заселиться на такой земле. По прошествии трех лет участок официально передавался ему парламентом. Разумеется, среди исихастов тоже существовало некое подобие организационного устройства, так один из них становился пресвитером (старейшиной общины и старшим духовным лицом), а другой отвечал за приземленные нужды монахов.

Аватон Святой Горы

Во всех святых местах существует свой вид аватона (запрета на вход определенной категории лиц). Монастыри изначально предполагают запрет на беспокойство со стороны мирян, но особенно это касалось женского пола. Святая Гора, так как изначально считалась одним единым монастырем, была также недоступна для мирян. Тем не менее, реальность такова, что избежать взаимодействия с мирянами очень сложно, и на Афоне было необходимо присутствие представителей власти, рабочих и торговцев.

Запрет на вход женщин на Святую Гору действует со стародавних времен. Это было настолько естественно и непреложно в понимании монахов, что первое письменное упоминание, и то косвенное, встречается лишь в типиконе Мануила Палеолога от 1406 года. Единственная женщина незримо постоянно присутствующая на Афоне – это Богородица. Именно ей посвящены многие главные храмы монастырей, церкви и часовни на полуострове. В то же время, всегда избегали посвящать храмы другим святым женского пола и даже писать иконы с их изображением. Исключение составляет мать Богородицы Анна, которой посвящен также известный скит.

Вторую категорию людей, которые не могут обосноваться на Афоне или даже посетить его, составляют дети или «безбородые», то есть те, кто в силу своего возраста еще не может обзавестись бородой или усами. Все изданные типиконы, начиная с самого первого, уделяют этому пункту особое внимание. Так как многие рабочие миряне брали своих детей в качестве помощников на Святую Гору, этот момент также был замечен и внесен отдельным пунктом в список запрещенных категорий лиц.

Третья категория – евнухи, вследствие того, что женщина под видом молодого человека (без бороды) или евнуха могла проникнуть на Святую Гору.

Выпас скота на территории Афона также был запрещен, дабы не нарушать покой аскетов. Этот запрет действовал издавна, был скреплен золотой буллой императора и повторяется неоднократно в уставах. Было замечено лишь два исключения: Монастырь Иверон мог пасти скот в начале полуострова, где не существовало монастырских построек; скот Иериссоса мог пастись на полуострове в случае вражеского вторжения. Строительство хлевов и установка ульев находились под запретом.

На Афоне запрещалось держать скот и домашних животных, это не относилось, однако, к диким обитателям животного мира, так как их передвижения проконтролировать не представляется возможным. В некоторых случаях сами типиконы делали поблажки, и на Святой Горе разрешалось держать лошадей, столь необходимых для такой гористой местности, быков и коров, в случае Великой Лавры. Это исключение могло стать причиной недовольств со стороны других монастырей и вызвать беспокойство, поэтому в скором времени был внесен запрет на пребывание всех животных женского пола.

Нарушений этих запретов за всю историю Святой Горы было не столь много. Упоминаются несколько императриц, ступивших на землю Афона. Одна из них – Елена, посетившая Святую Гору вместе со своим супругом Стефаном Душаном в 1347 году. Другие известные случаи тесно переплетаются с легендами и сказаниями и составлены, вероятно, чтобы усилить акцент на запрете на вход для женщин в райский сад Богородицы. Галла Плацидия, желавшая посетить главный храм Ватопеда, не смогла пройти дальше претвора, так как услышала голос Богородицы, исходящий от иконы, сказавший ей: «Не ходи дальше, что ищешь ты здесь, женщина? Хоть ты и царица, но здесь другая царица царствует». Благодетельница Афона и мать султана Мехмета Мария, любила сама привозить дары на полуостров, и ей также было возвещено, что Афон – удел другой царицы.

На сегодняшний день основной запрет на вход на Святую Гору касается именно женщин, так как и евнухам и безбородым (то есть детям) вход все же разрешен, остался лишь запрет на их постриг в монашеский сан. Уделяется особое внимание и одежде посещающих святые места.

Турецкое Владычество

Внутреннее управление

В первые годы турецкого владычества внутреннее управление делами Святой Горы находилось в состоянии хаоса. Связи с центральным аппаратом власти Византии были утрачены безвозвратно после 1453 года, также как и связи с патриархией, на восстановление которых потребовалось определенное время. Сами афониты не желали искать покровителя среди турок. Несмотря на то, что в 1452 году зафиксирован случай, когда паша города Салоники созывает совет, состоящий из прота Святой Горы и епископов Кассандрии и Иериссоса, чтобы разрешить разногласия между монастырями Ксенофонт и Зограф, особого вмешательства в дела Афона не наблюдалось.

Положение хаоса обуславливалось неспособностью монастырей к самоуправлением и недостатком монахов. Бесконечные вторжения на территории Афона, похищения монахов, бегство христианского населения, отбирание детей, бедствование монастырей и другие негативные факторы наложили свой отпечаток на внутренне устройство Святой Горы.

Управление монастырями

Усиление движения исихастов, приведшее к увеличению числа пустынников, а также прирост числа чужеземных монахов, непривыкших к киновиальному оборазу жизни способствовали закреплению особножительства на Святой Горе. Нехватка монахов также стала значительным фактором затруднившим существование крупных монастырей, требовавших большого количества людей для их содержания. Таким образом, идиоритмия (особножитие) закрепилась не только в Лавре, но и в других монастырях Афона.

Чин игумена перестал существовать и на его место пришел совет монастырей, вместо прота теперь появилась Эпистасия (Священный Надзор), увеличилось число организованных скитов, келий и калив. Должность игумена требовала большой ответственности, которую не все монахи соглашались возложить на себя до конца дней, особенно в этот трудный период истории. Кроме того, удаляясь от мирской жизни, монах старается избегать соприкосновения с проявлениями материального мира. В первые десятилетия, последовавшие за падением Константинополя, в афонских монастырях редко появляются игумены, и их функции выполняют другие служащие в монастыре монахи, но не носящие статус игумена, так как не проходили через обязательную процедуру избрания на эту должность, не могли быть рукоположены протом или патриархом.

На заседании парламента Святой Горы в 1661 году, при участии представителей всех монастырей, из 38 присутствующих только 6 были названы игуменами, хотя в действительности, даже эти шесть монахов могли не являться ими, так как есть вероятность, что в то время на Афоне и вовсе не существовало киновиальных монастырей. Действительно, должность игумена в этот период истории встречается довольно редко и складывается впечатление, что особножительные монастыри назначали одного из достойных монахов на некоторое время игуменом, так как игумен или проигумен во время миссионерского похода мог собрать наибольшее количество пожертвований. Именно поэтому и на собрании 1661 года упоминается большое количество проигуменов, но не игуменов.

Такое положение вещей было обусловлено тем, что в период турецкого владычества игумену монастыря в одном лице практически невозможно быть и духовным лидером монахов, и отвечать за все мирские дела, борясь за выживание обители. С середины XVII века чин игумена на Афоне и вовсе исчез и появился вновь в некоторых монастырях лишь спустя 120 лет. Срок службы надзирателей монастыря определялся, как правило, в один год, но на деле один и тот же человек мог выполнять эти обязанности на протяжении нескольких лет. Таким образом, в особножительных монастырях каждый монах был сам ответственен за организацию своей жизни, не получая соответствующих указаний от вышестоящего в иерархии игумена.

Прот и парламент

Должность прота сохранилась и после турецкого завоевания, но срок службы сократился до одного года. Прот делил власть с советом старцев, как и раньше, который созывается по мере необходимости. Прот вместе с парламентом урегулирует разногласия между монастырями, располагает кельями Великой Лавры и представляет Святую Гору перед лицом турецкой власти, которой называется назир (надзиратель). Если раньше основной его задачей было распределение субсидий императора между игуменами монастырей и старцами келий, то сейчас она заключалась в обратном – собирать налоги и подати, установленные захватчиками.

Заседание парламента, характеризирующееся часто как великое заседание или священное собрание, продолжает происходить на постоянной основе, несмотря на смену лиц участников, в то время как прот меняется ежегодно. В связи с этим постепенно роль парламента стала оцениваться гораздо выше, чем заслуги прота. Сыграл свою роль и тот факт, что при настоящих условиях прот больше не имел возможность поехать в Константинополь, чтобы его рукоположил патриарх, как того требовали старые традиции. Безусловно, такое путешествие заняло бы месяцы и срок службы главы Афона и без того недолгий сократился бы почти вдвое.

Иногда на Святую Гору приезжали епископы, которые при случае возглавляли заседания парламента. Особенно часто это происходило в случае с епископом Иериссоса. Вполне логично, что постоянное присутствие епископа в Карьесе вызывало недовольства со стороны монахов, так как это давало ему полномочия на вмешательства во внутренние дела монастырей. Как только власть прота сходила на нет или прерывалось сообщение с Константинополем, епископ Иериссоса тут же пребывал на Святую Гору. В одном из типиконов он называется епископом Иериссоса и Святой Горы. Патриарх Кирилл I в 1622 году запрещает епископу «Иериссоса считать Святую Гору своей епархией». В этом же веке он основал монастырь на берегу моря, неподалеку от монастыря Святого Пантелеймона и посвятил его Вознесению Господню. Патриарх Дионисий IV в 1676 году присвоил этому монастырю статус ставропигии. Таким образом, епископ Иерисосса приобретает еще большее влияние на Афоне и патриархи в своих письмах обращаются к нему, как если бы он был представителем верховной власти Святой Горы.

Киновиальный образ жизни во времена турецкого владычества

Постепенное отчуждение Святой Горы от патриархии, начавшееся в 1424 году продолжилось вплоть до середины XV века и привело к ослаблению многих устоявшихся институтов административного управления. Ни у игуменов, ни даже у протов, после взятия Константинополя турками, не было возможности приезжать в столицу для рукоположения. Патриарх Иоаким I Афинянин пытается возродить былые традиции и в 1498 году и издает указ, согласно которому два представителя управления Афона должны были предстать перед патриархом для рукоположения.

Патриарх Иеримия II Транос, находящийся в Салониках в 1573 году, созвал совещание, на котором присутствовали афониты и патриарх Александрии Сильвестр, где было принято решение отправить Сильвестра на Афон, чтобы тот на месте смог оценить положение вещей на Святой Горе. Сильвестр постановил вернуть киновиальное (общежительное) устройство в Великой Лавре и монастыре Ватопед, на протяжении долгих лет практиковавшие особножительство. Патриарх созвал внеочередное заседание парламента Афона с участием прота, старцев и епископа Иерисосса. Результатом этого заседания стал типикон (устав Святой Горы) Иеримии II. Этот типикон, как и последующие, был выпущен патриархом, как единственным оставшимся покровителем Афона. Основным лейтмотивом этого документа было возвращение к старым традициям и киновиальному устройству.

Типикон закреплял общежительный устав и разрешал идиоритмию (особножительство) только в кельях и каливах. В метохах (землях, принадлежащих Афону за его пределами) запрещалась монашествовать женщинам, обитателям келий запрещалось покидать Святую Гору, на самом Афоне запрещалось заниматься сельским хозяйством, кроме выращивания винограда, зерна и культур, необходимых для пропитания домашнего скота. Отдельными пунктами оговаривались запрет на сбор каштанов для продажи, а также подделка документов прав на собственность участками земли. Вероятно, после многочисленных разрушений многие документы были утрачены и святогорцы пытались восстановить их по памяти, что вызывало путаницу в границах владений монастырей. Монахи должны жить в гармонии, мире и любви.

Итак, на Афоне и за его пределами вновь было установлено общежительное устройство, за исключением двух монастырей. Тем не менее, после 1575 года наблюдается общий спад во всех сферах деятельности на Святой Горе, что было обусловлено ужесточением контроля со стороны турецкой власти, а также ухудшением экономической ситуации и многочисленных войн,  в которые ввязывались оттоманы. Способствовало этому спаду и экспроприация земель Афона султаном Селимом II, так как монахи были вынуждены занимать большие суммы, чтобы выкупать свои же владения. За этими бедами последовали роспуск Великой Лавры Карьеса и отмена должности прота. Таким образом, восстановление общежительства на Афоне продержалось недолгий период времени.

Священный кинот (парламент)

Последний известный прот Афона Каллист упоминается в 1593 году, а все последующие официальные документы, направленные на Святую Гору и адресованные проту, не упоминают никакого имени вовсе. Вплоть до 1661 года для патриархии существует должность прота, так как официально она не была отменена, но отсутствие какого-либо имени наводит на мысль, что уже после 1593 года Афон остался без верховного правителя. Безусловно, представитель турецкой власти на Святой Горе, обосновавшийся там с 1575 года не желал соревноваться в полномочиях с местными властями, известны случаи, когда турецкий ага (военачальник) председательствовал на заседаниях парламента Святой Горы и упоминается в качестве прота. Ага неслучайно обосновался  в Карьесе в здании парламента, так как турки хотели всегда держать руку на пульсе и быть в курсе событий на Афоне, где присутствовал их надзиратель, ответственный за налогообложение и порядок. Роспуск Великой Лавры также стал следствием политики завоевателей, разделивших Святую Гору и ее монастыри на «вакуфы» - отдельные участки земли, предназначенные для религиозных целей и уплачивающие налоги. Афон был разделен на 20 таких участков, а Великая Лавра не попадала ни под одну из категорий, так как официально не считалась монастырем.

Парламент был ответственен за сбор налогов с монастырей, таких как поголовный и земельный,  а также за сбор многочисленных штрафов. Некоторые монастыри платили также налоги на скот, пасеки и оливковые деревья. Тяжелое бремя нескончаемых податей вынудило парламент продать свои кельи недалеко от Карьеса.

Термин «кинот» известен на Святой Горе с давних времен. В 1345 году, когда турецкими пиратами был взят в плен совет Афона, состоящий из четырех монахов, заседанием парламента было принято решение выкупить заложников, продав одну из келий: «Кинот Святой Горы продал келью..» сказано в протоколе заседания. Управление Великой Лаврой и Афоном находилось в руках председателя парламента (кинота) – прота, его помощников и совета старцев.

Такая система управления была присуща Святой Горе вплоть до завоевания турками. Количество монастырей постепенно уменьшалось, пока их не осталось 20. Для содержания парламента монастыри платили ежегодные взносы, аналогичные своему населению и доходам. На эти средства Лавра покрывала расходы на содержание турецких официальных лиц, налоги и штрафы.

Не смотря на то, что у парламента были и другие источники дохода, так как в XVII веке киноту были переданы в дар земли в Румынии, начиная с 1661 года экономическая ситуация была довольно тяжелой. Долги Святой Горы увеличивались, и выстоять под этим бременем смогли немногие монастыри, среди которых были Великая Лавра, Ватопед и Иверон. Возможно, именно поэтому спустя некоторое время эти монастыри заняли главенствующую позицию на Афоне. Вплоть до 1743 года проигумен одного из этих трех монастырей назначался «назиром» - надзирателем и был ответственен за решение всех экономических вопросов и за связи с турецкими властями. Так как только эти три монастыря, обладавшие наибольшей властью на Святой Горе, смогли выплатить штраф, наложенный турками на обители за особое дружественное отношение к русским, они  пытались ввести новую систему управления Святой Горы, состоящую из своих представителей. Им удалось заручиться официальным решением парламента, согласно которому регион управляется советом, состоящим из трех представителей, избранных сроком на три года. В то же самое время двадцатью монастырями избирался один надзиратель, ответственный за решение экономических вопросов.

В 1744 году был издан указ, возвращающий представительство всех двадцати монастырей в Протат. Этим же указом официально вводится институт Священной Эпистасии – отдельного совета, состоящего из четырех членов: трех наблюдателей, два из которых выбираются из небольших обителей и один – из трех крупных монастырей. Четвертый наблюдатель возглавляет этот совет. Число четыре появляется из-за необходимости представить в органе управления не только три самых крупных монастыря, но и другие небольшие. Несмотря на то, что этим указом была совершена попытка ограничить власть больших обителей, в скором времени они вновь займут главенствующее положение.

Попытка возврата к старым традициям

Два основных столпа Святой Горы, известных с X века – прот и игумены, исчезают после захвата территорий турками. Сумев выстоять под гнетом податей, набегов и разорений, с помощью оказанной другими странами, Афону удалось достичь небывалого духовного развития и даже повысить уровень грамотности среди монахов. В последние десятилетия XVIII века стали осуществляться попытки возврата к мног